Мне довелось несколько раз наблюдать первую леди США вблизи. Стопроцентная афроамериканка без каких-либо белых вкраплений. При всем своем блестящем образовании некоторые слова произносит шепеляво, как выходцы из чикагских низов. Баскетбольного роста, но без тех выпуклых форм, которыми славятся негритянки.
В отличие от загадочных пар: Франклина и Элеоноры Рузвельт, Джона и Жаклин Кеннеди, Билла и Хиллари Клинтон, про которых публика до сих пор гадает, что же у них там было на самом деле, отношения Барака и Мишель ни в ком сомнений не вызывают – они любят друг друга и своих дочерей. Вообще в Америке, стране до сих пор достаточно пуританской, «правильное отношение» к близким считается гарантом надежности и порядочности. Предсказуемости. Барак и Мишель, по общему мнению, предсказуемы. Да, у них, как у большинства американцев, были проблемы и в браке, и в финансовых делах, были долги, ожидание банкротства, все было. Они опасались бесплодия, нуждались в неотложной медицинской помощи, когда ждали своего первого ребенка. Ну, как все. И, как положено настоящим американцам, внешний мир со всеми его наворотами воспринимается ими через главную заботу – о собственной семье. То есть цель всего, что они делают: улучшить и исправить мир, в котором предстоит жить их детям. Успех Обамы на президентских выборах был, может быть, и в том, что Америка утомилась от тайн и загадочности хозяев страны, а тут все на ладони…
Любовь
Отношения их складывались именно так, как положено. После 21 года. Мишель исполнилось 25, Бараку – 28. Дело было в 1989 году. Естественно, отношения начались с совместного ланча. По службе. Мишель, которая трудилась в юридической фирме «Сидли и Остин», назначили руководителем только что взятого на работу Барака, а узнать получше подчиненного, по корпоративным правилам, следовало в неформальной обстановке. Вот они и отправились позавтракать вместе. Мишель несколько напрягло то, что он явился в спортивной куртке, все мужчины вокруг нее одевались более строго. Но тут ее напряг и кончился, потому что Обама начал говорить. О семье, поездке в Индонезию… И оказалось, что совершенно не важно, о чем он рассказывает, важно – как: «Он смешной и самоироничный. Он легко смеется над собой. Он вполне приземленный, несмотря на свое экзотическое происхождение».
Он повел правильную осаду: бомбардировал Мишель записками, цветами и телефонными звонками. Увы, у замечательного парня были реальные недостатки: «У него не было денег. Он и не пытался произвести на меня впечатление вещами». Он разъезжал на битом и ржавом автомобиле «Датсун-210» с дырой со стороны пассажирского кресла. Когда он ее заводил, машина начинала трястись. «Вы могли видеть землю под ногами, когда ехали на этой машине», – с ужасом вспоминала Мишель.
Наконец, они отправились смотреть фильм Спайка Ли «Делай, как надо» о расовой напряженности в Бруклине. Ну, вы понимаете… Годы спустя Барак заметил Спайка Ли на приеме, подошел и сказал: «Вы знаете, я у вас в большом долгу». Режиссер взволновался, он решил, что Барак – об огромном впечатлении от его работы, Обама же имел в виду более важное событие: в ходе просмотра фильма о расовой напряженности Мишель разрешила ему потрогать себя за колено.
После этого рискованного действия вконец осмелевший Барак взял Мишель под руку и повел в здание John Hancock, где они вознеслись на лифте на девяносто девятый этаж. Там, в вышине, наблюдая за сверкающими огнями Чикаго, они потягивали коктейли, переживая случившееся. К концу романтической встречи все стало ясно. «Он купил меня, – вспоминала Мишель. – Влюбил в себя так, что ноги подкосились».
Они поженились в октябре 1992 года. Через три года после первой встречи. Сейчас у них две дочери. Малия родилась в 1998 году (через шесть лет), Наташа – в 2001-м. Так ведут себя первые люди американской державы. Почему бы ей этим и не гордиться?
Трения
Поначалу все у них шло гладко. Трения начались, когда Обама стал сенатором штата Иллинойс. После того как закончились объятия и поздравления, Барак оказался перед лицом новой реальности: ему, как сенатору, придется проводить большую часть времени в Вашингтоне, а семья остается в Чикаго. Мишель не захотела переезжать в Вашингтон: дети уже пошли в частную школу при университете. В итоге Барак снял однокомнатную квартиру в вашингтонском районе Джорджтаун, где проводил всю неделю, а на выходные возвращался в Чикаго.
Мишель не понимала, почему Барак не пошел работать в юридическую компанию, где мог зарабатывать 700–800 тысяч долларов в год или даже миллион, зачем так принижать себя работой в сенате? Много работы. Редкие телефонные звонки. Мишель обижало, что муж, вместо того чтобы вместе с ней любоваться ребенком, кормить его из бутылочки, менять подгузники, жить без этих разговоров о политике, только политикой и занимается. «Политика – пустая трата времени, – сказала она местному репортеру. – Весьма затратная трата».
Он просил у нее понимания, а она оставляла короткие записки типа: «Не забывай подбирать свои какашки – ты снова оставил нижнее белье на полу».
Кстати, насчет контакта с местным населением, особенно афроамериканским, его главным и самым весомым аргументом оказывалась именно Мишель. Черные избиратели первым делом спрашивали, на ком он женат: «На черной или на белой?» И когда слышали, что его жена черная и уроженка Чикаго, отношение менялось. Все знали, что Мишель заявляла в любом окружении: «Трудно представить себе кого-нибудь более черную, чем я».
Но все равно ту кампанию Обама проиграл. У его соперника незадолго до выборов умер отец (а американские избиратели сострадательны), и, кроме того, его в открытую поддержал действующий президент Билл Клинтон. Это было значительное поражение Барака, и супруга не замедлила напомнить ему в духе: «А я предупреждала!» Той осенью Мишель забеременела во второй раз. А после рождения выяснилось, что у второй дочери менингит, и это стало потрясением для семьи не менее сильным, чем шок от пережитого всеми американцами 11 сентября 2001 года.
Магия
Помню, когда я впервые увидел Барака Обаму «живьем», то был удивлен той огромной разницей, которую он производил на нас, русских, и – на американцев. Для нас он – ну, высокий, статный мужчина с увереннымм манерами, что еще? Зато на американцев он оказывал действие просто магическое. Особенно на женщин. Не знаю, чем это объяснить, иной ментальностью? Хотя в политике харизма – явление не новое. Впрочем, Мишель, несомненно, знала магическую особенность своего мужа – легко находить популярность у женщин. Естественно, его привлекательность для особ противоположного пола не оставляла ее спокойной.
На баскетбольном матче, ноябрь 2011 года
Мишель понимала, что знаки внимания со стороны женщин щекочут Бараку нервы: «Конечно, ему это нравится – ведь он мужчина». Но публично высказалась по этому поводу без экивоков: «Всем этим женщинам я хочу сказать: отвалите и занимайтесь собственной жизнью».
Впрочем, ходили слухи, что Обама сблизился с одной афроамериканской дамой из его избирательного штаба – Верой Бейкер. Вопрос так и остался без ответа, поскольку неожиданно Бейкер исчезла из избирательного штаба и всплыла аж на Мартинике – острове в Карибском море. Злые языки немедленно приписали исчезновение миловидной негритянки влиянию Мишель. Сама Вера Бейкер все, естественно, отрицала.
Когда Барак объявил, что все-таки намерен выставить свою кандидатуру на президентский пост, Мишель посоветовала ему прежде всего заплатить 375 долларов долга за парковку на Гавайях – эту плату он просрочил, еще будучи студентом Гарварда. Да, она боялась. Больше всего боялась, что в случае проигрыша на выборах или покушения ее семья, ее дети останутся без средств к существованию. Ее уничижительные высказывания о муже (насчет того, что он храпит, дурно пахнет по утрам, разбрасывает свои трусы по всей квартире), с удовольствием повторяемые прессой, конечно же, не помогали Обаме хорошо выглядеть в глазах избирателей. Один из журналистов в ту пору назвал ее не «вторая половина» Барака Обамы, а его «горькая половина».
Ренессанс
Секретная служба, отвечающая за охрану первой леди США, присвоила Мишель наименование Ренессанс. Для радиопереговоров службы безопасности. Логично, поскольку сразу стало очевидно, что Мишель ведет себя далеко не так, как первой леди положено. Чего стоит тот же самый огород, который она устроила возле Белого дома? Первая леди вполне может позволить себе заскочить в «Макдоналдс», хотя Барак никогда не увлекался фастфудом. В день годовщины инаугурации президента Мишель вышла к туристам, посетившим Белый дом, и поздоровалась с ними, раз уж они оказались в роли гостей. Пресс-служба администрации сначала потеряла дар речи, потом обрела и сообщила, что «первая леди США хотела этим подать сигнал о том, что намерена сделать Белый дом более открытым и доступным».
Утро Мишель начинает с упражнений в маленьком спортзале, оборудованном в Белом доме. Подъем в 5.30. Вечером вся семья собирается на ужин, по-американски это, правда, называется обед. Она не достает мужа постоянными сообщениями по электронной почте. Иногда просто заходит в Овальный кабинет, чтоб сказать «Привет!» Мишель говорит, что на протяжении многих лет у нее не было такой, как сейчас, возможности видеть мужа каждый день. Мишель считает свою жизнь в Белом доме очень приятной.
Мишель стремилась сделать все от нее зависящее, чтобы жизнь в Белом доме не повлияла на психику и воспитание детей: «обслуживающий персонал, конечно, старается упростить вашу жизнь, но, когда у вас маленькие дети, их жизнь не должна носить облегченный характер». А это значит, что на девочках лежат все те обязанности, что и всегда: убирать свои комнаты, складывать постели без посторонней помощи, мыть свои тарелки. А чтобы они чувствовали себя как дома, родители разрешили им бегать по Белому дому и заглядывать в Овальный кабинет, чтобы увидеть папу. Их качели установлены на улице перед окнами Овального кабинета, чтобы и отец мог всегда понаблюдать за ними из окна.
Непринужденность в отношениях с людьми Мишель продемонстрировала во время первой поездки в Европу и посещения королевы Елизаветы II. Она взяла и сверху поощрительно приобняла крохотную королеву, а той ничего не оставалось делать, кроме как приобнять в ответ огромную талию Мишель. Британские средства массовой информации оцепенели. Опомнившись, пресса осудила это как вопиющее нарушение протокола. Никто и никогда публично не прикасался к королеве, это невозможно. Но вот все же увидели, еще как возможно.
Первая афроамериканская семья в Белом доме порой кажется излишне идеальной даже для самых преданных друзей. Но, что бы кто-то ни вспоминал о некогда либеральных воззрениях Барака, его сомнительных связях в прошлом и мутных пятнах чикагской политики в его биографии, никто не спорит, что семья его так или иначе – отражение сегодняшнего американского идеала.
Петр Черемушкин для журнала Story
